Пинара

До Пинары ехать недалеко, главное, не пропустить указатель на поворот к городу, он невзрачный и почему-то не дублируется. После него дорога идёт в гору, и очень удивляет тем, что два финальных километра выложены мелкой фигурной плиткой, более подходящей для городской пешеходной зоны. Причём такое нам встретилось уже не в первый раз. То ли это забота о тех, кто идёт в древний город пешком, то ли у шурина местного мэра бетонный заводик в собственности …

Пинара была одним из четырёх крупнейших ликийских полисов в долине реки Ксантос. Если вы путешествуете летом, то световой день позволит посмотреть ещё один из них – Тлос, но мы выбрали Пинару за её загадочность, и театр у неё очень живописный, конечно. Да и шанс погулять по пересечённой местности там был больше, чем в Тлосе. В основном Пинара привлекает туристов своими гробницами. Ликийцы вообще не хоронили усопших в земле, всегда стремясь пристроить их повыше. Но зачем сооружать такой мортальный небоскрёб – не очень понятно.

Площадь, отведённая в Пинаре под захоронения, если разложить её по горизонтали, значительно превосходит площадь, предназначенную для жизни. Как водится, тем, кто побогаче, обустраивались индивидуальные посмертные апартаменты или студио. Нижний некрополь расположен в долине речушки, питавшей город водой.

В отдалении наблюдается ещё один, так называемый южный некрополь. К сожалению, полазить нам не удалось, так как пошёл дождь, который быстро закончился, но все камни стали невероятно скользкими и пришлось перемещаться только по горизонтали.

По живописной лесной дороге среди сосен и олив мы дошли до театра. До того, как Пинару стали готовить к встрече с людьми, поляна перед театром была чьим-то огородом. Сейчас на территории древнего города нет жителей, однако компания нам нашлась.

Мама-собака с двоими отпрысками сначала озвучила правила внутреннего распорядка, чем слегка меня напугала, но, выполнив свой долг, миролюбиво проследовала за нами с тайной надеждою на понятно что. Но нам тоже досталось чуть-чуть обеда. Один сынок ходил за ней хвостиком, мы назвали его Храбрый, другой так и не отважился подняться на трибуну следом за братом и трогательно присел посередине орхестры, его мы назвали Трусишкой.

В театре Пинары фантастическая акустика. Внизу муж еле слышно подзывал Храброго, пытаясь дать ему кусочек незаметно от мамы-собаки, а на верхней трибуне я слышала все слова так, будто говорил он рядом со мной. Со зрительских мест можно было следить не только за представлением, но и за жизнью самого города.

Не знаю, позволяла ли назидательность заднего плана ставить в театре комедии.

Перейдя на сторону города, мы увидели, наконец, типичную ликийскую гробницу – с перевёрнутой лодкой-крышей и на постаменте. Хотя их на территории Ликии много, но на нашем пути они не попадались.

При желании можно идентифицировать принадлежность руин под ногами к тем или иным сооружениям древнего города, убаюканного старыми соснами, но живая Пинара - там, в театре.

Ксантос

Ксантос в этот день вышел у нас совсем неожиданным бонусом. Просто он расположен совсем рядом с дорогой, и мы успели до закрытия. Подозреваю, что, когда «приёмные часы» заканчиваются, руины можно смотреть бесплатно, никакого ограждения там нет.

История Ксантоса грустная. Все завоеватели имели желание получить его в собственность, что совершенно не совпадало с планами горожан. Противоречие устранялось радикальными методами, читайте в интернете. Дикое миндальное деревце скорбит о безвременно ушедших …

Театр относят к римской постройке. Видно, что и ареной он тоже служил.

Расположение города на холме наводит на мысль, что во времена расцвета выглядел он эффектно. До наших дней дошло не очень многое, зато очень ценное. Обелиск Ксантоса – постамент захоронения, опоясанный с четырёх сторон надписями на ликийском и греческом языках - позволил учёным существенно продвинуться с расшифровками сложного языка ликийцев, поэтому Ксантос сейчас – в списке Юнеско.

Ариканда

Из Каша обратно в Анталью мы решили ехать через горы, а не по берегу. Даже не потому, что прибрежная дорога крайне утомительна, не советую использовать её для транзита из Антальи в Каш или Фетхие, а потому, что нашей следующей целью был горный ликийский город Ариканда. Довольно быстро мы нырнули в облако и, петляя подоблачными дорожками, покатили по сельской Турции, которая начинается сразу, как курорт исчезает из поля зрения.

Когда туман закончился, перед нами предстал совершенно иной ландшафт. Мы были в горах, поросших пушистыми соснами, и, как ни странно, именно здесь впервые почувствовали, что весна всё-таки собирается прийти – в садах появились белые звёздочки на миндальных деревьях, а дикий миндаль так вообще цвёл на полную катушку.

Землю для жизни здесь нужно отвоёвывать не только у камня, но и у вертикали. И местные с этим прекрасно справляются. Ставят на террасах и уступах свои домишки с огородами и парниками, разводят живность, и, кажется, совсем не рвутся вперед к цивилизации. Без еды для животных по Турции путешествовать нельзя. Иначе как смотреть в такие глаза?

Далее – горный серпантин. Очень приятная дорога, просто оазис тепла и покоя, хотя на карте выглядит страшноватенько.

Итак, Ариканда, город с историей, похожей на истории других городов – персы, Александр Македонский, ликийцы, римляне, землетрясения … английский путешественник. Но как же он сохранился! Вероятно, из-за его не слишком лёгкой доступности. Даже если каждый отдельный камень уложен не на своё исходное место, наличие сохранившихся фундаментов домов позволило точно воспроизвести облик города в целом.

Расположена Ариканда на террасах крутого южного склона горы. Очень логичная планировка у города. В условном центре находится «развлекательный комплекс» - агора, театр и стадион. На запад от него – Булевтерион, торговая площадь и жилые кварталы, взбирающиеся на гору.

На восток от центра – храмы разных эпох, бани, гимнасий и некрополь под сенью раскидистых сосен.

А кладочка-то циклопическая.

Городские мостовые уходят в сосновый лес. Многолетний ковёр иголок, в котором тонут ноги, скрывает ещё много интересного.

Некрополь Ариканды считается одной из её главных достопримечательностей. Полигональная кладка притягивает взгляд. Интересно, это было модно и являлось привилегией богатых или такая опция была доступна каждому, типа «вам покрасить или поклеить?»

Под сенью сосен мирно и дружно покоятся представители различных эпох и религий. Вот явное прославление гражданина, отметившегося заслугами на общественном поприще, хвалебное повествование прилагается.

А здесь лежит представитель новой веры. Что может лучше рассказать, чему служил человек, чем христограмма? В центре не «йота», а «ро», видно, что дуга отвалилась, то есть перед нами Константинов Крест.

Мы не удержались и прогулялись по сосновому лесу. Причём это не бруциева сосна, а кедровая, насколько я понимаю. Там та-а-ак пахло!

Возвращаемся к театру и входим внутрь через «служебный вход», в скене. Я читала, что камни для полигональной кладки обтёсывали трением, подвешивая на консолях-качелях. Ну, не знаю…

Театрон в Ариканде безупречно сохранился, хотя землетрясений тут было много. Удивительное дерево – единственный зритель представлений, которые дают для него солнце, звёзды и поднимающиеся из долины туманы.

Ножки, «приделанные» к скамьям, создают ощущение камерности и уюта.

А в угловой стене театрона мы снова видим циклопическую кладку. Нет лучшего способа обеспечения сейсмоустойчивости.

Поднимаемся одной террасой выше и попадаем на променад перед стадионом. Здесь собирались зрители, прогуливались, раскланивались, злословили, приглядывали невест…

Трибуны высечены только с одной стороны, в склоне горы, так что соревнования проходили «в пейзаже».

Вид на театр с края стадиона. В умении осваивать каждый квадратный метр горизонтальной поверхности с арикандцами могут сравниться только московские застройщики.

Дальше уходим вправо и оказываемся на агоре, торговой площади. Чем бы не занимались жители города – прыгали, пели или делали покупки, всё у них было «с видом».

Выше по склону над агорой поднимаются узкие улочки жилых кварталов. Местами сохранились ступени, дорожки, трубы водопровода. Сверху видно, как располагались торговые ряды. Одна из квартирок с евроремонтом с полигональной кладкой приглянулась нам для обеда.

Мы были единоличными посетителями этой грандиозной экспозиции, но мы не были одиноки. Большая компания горных коз не захотела разделить с нами трапезу и временно проследовала в ближайший соснячок.

Напоследок ещё раз любуемся театром. Пожалуй, из всех театров, увиденных в нашем путешествии, этот сохранился лучше всех.

Неохотно покинув город, из солнечной горной долины поднялись на холодное плато и долго ехали по совершенно ровной местности, где царили зима и полумрак. Контраст был разительным – мы словно попали в иной мир.

По мере приближения к Илмалы горы начали сближаться.

И внезапно мы оказались среди ландшафта, напоминающего скорее осень в Заполярье, чем пейзаж Турции. Похоже, тут недавно ударило снежным залпом, дома, склоны гор и деревья, напоминающие ели, были несимметрично залеплены снегом.

Только в Заполярье не растут сады. А вообще-то на плато и теплиц было немало.

Я фотографировала на ходу, поэтому - что вышло, то вышло. Останавливаться не стали, чтобы не замёрзнуть.

Не верится, что сегодня утром мы завтракали среди цветов у бассейна отеля.

После перевала Караман-Бели (1290 м) появилась растительность – преимущественно горные дубы, и снег отступил.

Мы доехали до Коркутели и начали постепенно спускаться в сторону моря, к Анталье.

Термессос

Если вы запомните одно хорошо запоминающееся число – 333, то сразу станете знатоком истории городов Малой Азии. Потому что в 333 году Александр Македонский бульдозером проехал по её территории, сгребая все полисы и земли в состав своего государства. И далеко не все делали попытки сопротивляться, а кто делал – тому дороже вышло. Кроме Термессоса.

В тот день в Анталье обещали дождь, и я мысленно «потирала руки» — это, означало, что на высоте 1050 м будет идти снег, и я, наконец-то, увижу древний город во время снегопада. Снег накатывал волнами, и одна такая волна уже сделала сказочным наш путь в древний город. Полтора километра от автомобильной стоянки мы подниматься по лесной тропе в тишине странной бело-зелёной зимы. Только какие-то крупные яркие птицы перелетали через дорогу, осыпая снег с веток и ругаясь на нарушителей спокойствия.

Термессос – ещё один полис древнего государства Писидия. Уже нижние ярусы города, имевшего два ряда укреплённых стен, впечатляют. Немудрено, что войска Александра Великого не смогли ничего добиться за время короткой осады, а на длительную у них времени не было.

Расположенный в горном гнезде город было так удобно защищать, что на Термессос завоеватель махнул рукой. Гордые горцы остались при своём.

Прежде всего мы стремились в театр, и он не разочаровал. Арена на 4000 мест построена на краю обрыва в самом центре величественного пейзажа.

Археологи ещё не собирали конструктор Термессоса, он выглядит так же, как и в 243 году, когда землетрясение обрушило эти величественные стены.

Хотя скену, наверное, чуть подправили.

Функциональная форма у сидений, они сделаны так, чтобы ноги можно было убрать под скамью и не мешать проходящим. Помнят ли они тепло человеческих тел?

Рассматривать стену храма доставляет почти физическое удовольствие. Как же тщательно и с душой подогнан и уложен каждый камень. Кладка двойная, лицевая сторона отделана выточенными блоками (что бы сказали её строители про вагонку и сайдинг?).

Природа, словно сожалея о геологическом эксцессе, затеяла озеленение руин древнего города и успешно с ним справилась, даже чудится какой-то дизайн.

Не понятно мне предназначение героонов. Какой внутренний запрос удовлетворял такой культ поклонения? Почему нельзя было ограничиться статуей?

В городе было пять чистерн для хранения воды. И именно их разрушение при землетрясении заставило жителей окончательно покинуть Термессос. В колодцы можно заглянуть через решётку, глубина впечатляет, а ведь их тоже надо было выдалбливать в каменной толще.

Далее мы отправились по тропинке, уводящей в южном направлении, чтобы подняться на гору и по дороге осмотреть некрополь.

Практически весь протяжённый горный склон с западной стороны представляет собой древний город мёртвых, разорённый чёрными копателями за прошедшие века. Как состязались бы в живописности эти домики для упокоения, если бы алчность и жажда лёгкой добычи не превратила их в потерпевшие крушение кораблики.

Чей-то «дом с видом» отделался пробоиной, менее везучий сосед остался без крыши.

А тут даже горгоны не отпугнули осквернителей праха, и крыши саркофагов просто отброшены в сторону.

Летом здесь будут чирикать птицы, тёплый ветерок принесёт запахи из долины, а сейчас всё застыло в оцепенении и, кажется, что даже время не знает, в какую сторону идти.

Когда печальная тропа закончилась, мы вышли не вершину горы, оказавшись перед лицом другой вершины. Наверху было очень холодно.

На горе обнаружилась каменоломня, в которой жители города брали материал для своих прожектов. Резали и брали, интересно – как образом? С вершины видно, как далеко на горизонте голубеет зимнее море.

С другой стороны над обрывом нависало забавное деревце. Сначала я подумала, что это снег так живописно налип на его ветки, образовав снежные «цветы». Однако цветы оказались настоящими. Храбрый миндаль ухитрился вырасти в самой экстремальной точке округи, изо всех сил намекая стрелке на приборе времени, в какую сторону ей двигаться.

Самой величественной из гробниц удостоился воин по имени Алкет, и вроде как даже не местный он был, но чем-то заслужил уважение и усилия по возведению такого сооружения.

На обратном пути мы задержались, рассматривая комплекс гимнасия и терм. То, что римляне тратили в каждом своём городе столько сил и средств на строительство грандиозных сооружений не религиозного, а спортивно-оздоровительного характера, наводит на мысль, что «здоровый дух в здоровом теле» смог существенно продлить дни Римской империи. Как говорит наш завкафедрой физвоспитания - «вы за столом не за математику пьёте…».

Снежок легонько подсыпáл всё время, что мы были в городе, но под конец он повалил стеной (ха-ха, мы отдыхаем в Анталье). Природа сделала-таки мне этот подарок.

Как жители Термессоса справлялись с холодной погодой? Ходили погреться в термы? День и ночь жгли жаровни на улицах города? Кутались в меховую одежду? Пилили камень, чтобы согреться? Возможно – всё это, а, возможно, что-то совсем другое, что нам и в голову не придёт.

Перге

Перге входит в список Юнеско, поскольку очень много сокровищ материальной культуры удалось разыскать археологам среди невзрачной равнины на месте древнего города. Но аутентичность не находится в линейной зависимости от количества артефактов. Перге – большой и богатый музей, в нём интересно побывать, но к невербальной картине древнего мира он много не добавит. Один из центров древней Памфилии, Перге ведёт свою историю со 2 тысячелетия до н.э, однако бóльшая часть сооружений, которые можно увидеть сейчас, «сработаны рабами Рима».

В основе центральной части города лежат две длинные перекрещивающиеся улицы. В своё время они были оформлены рядами колонн, часть которых сохранилась, а часть ещё будет восстановлена, мраморное «лего» терпеливо ждёт своего часа или года, или даже десятилетия, ему это не принципиально. Посередине центральной «colonned street» идёт каскадный канал, который наполнялся водами реки Кестрос из источника у подножия акрополя позади Нимфеона Адриана. Сохранившиеся части сооружения позволяют представить, как грандиозно и красиво выглядел храм с журчащим фонтаном, колоннами и статуями, искрящимся на солнце потоком, скользящим среди терракотовых мостовых…

Западная колоннадная улица ведёт ко вторым городским воротам и тоже украшена каналом, идущим от бассейна Нимфеона Каракаллы. А вообще нимфеонов в городе было шесть. Интересно, в ночной тишине было слышно журчание?

На этой улице расположена и палестра – зал для спортивных занятий юношей, квадратное в плане сооружение, ещё не раскопанное окончательно. Улицу пересекает акведук, а среди плит мостовой попадаются интересные фрагменты.

На другой стороне находились магазины; в общем, как у нас инфраструктура. Пол одного из помещений украшает мозаика с изображением сюжета из истории Троянских войн.

Если смотреть от главных ворот, представленных как сооружениями эллинистического, так и римского периодов, то справа будут видны колонны, возвышающиеся по периметру агоры.

Слева находятся термы. Комплекс большой, провести время тут можно было с пользой и удовольствием – физическим и эстетическим, так как украшено в те времена всё было мрамором, мозаиками и статуями. Но самое интересное – это система подогрева воды и воздуха, под полом находится практически целый этаж, который сейчас бы назвали техническим.

Стадион Перге имеет длину 234 метра и лежит за пределами города, как и театр. Интересные конструкции придумали древние, чтобы поднять над землёй трибуны. В нишах располагались торговые точки, в перерывах можно было спуститься и сделать покупки, БАДы, наверное, хорошо шли в таком месте, не сомневаюсь, что у древних они были.

Театр вмещал 15000 человек. Поначалу он был греческим, затем его перепроектировали под римские нужды, то есть снабдили парапетом для защиты зрителей во время боёв. Грандиозные сооружения за скеной тоже были пристроены римлянами.

В театре обитает кошачья диаспора, строго контролирующая поведение зрителей и по совместительству принимающая дань. У двоих был перерыв на сон, а третий составил нам компанию.

Найдите в кадре смотрителя театра.

Статуи, украшавшие ниши скены, экспонируются в Археологическом музее Антальи, как и статуи с нимфеонов. Так что этот музей стоит посетить, у нас просто не хватило времени.

Барельефы же остались на месте и даже неплохо сохранились, если учесть, сколько веков они пролежали в земле.

Изображены на этих барельефах какие-то конфликты между небожителями. Надо же, боги и герои пережили тех, кто в них верил. Или так и должно быть?

Хотя кое-кто скажет вам, что всё в этом мире устроено намного проще.

Итак, подводим итоги оценивания.

Пытаясь давать эти оценки беспристрастно, шестым столбиком я всё-таки подтвердила роль случайного в формировании впечатления, в чём нисколько и не сомневалась. Тем не менее, расклад вышел правильным: если вы интересуетесь древним миром, то города, которые точно стоит увидеть – это Сагалассос, Термессос, Ариканда и Пинара. Всё остальное – как получится. Даже если вы не за рулём, лучше потратить деньги на такси, чем на что-то другое.

Мы так ничтожно мало знаем о тех временах, как если бы эти люди жили на другой планете. Но, так же как мы, они любили, страдали, надеялись и смотрели за горизонт. Наверное, они не практиковали психоанализ и обязанностям уделяли больше внимания, чем правам. Их мир не был таким многопиксельным, как наш, но ведь это должно было делать их чувства более яркими и глубокими, а планы – более дерзкими и изобретательными. А значит, «Libiamo…»! - поднимем бокалы за тех, кто храбро шёл сквозь ту эпоху, что определило ему Провидение. Здравствующие ныне живут в проекциях пространственно-временного континуума. А те, для кого оси координат уже не актуальны, где они в настоящий момент? Может, в восьмом ряду или в десятом? Эй!…



Natalia Berezina
2023