Как-то почти неожиданно мы выкроили пять дней на осуществление давней мечты – увидеть весенние горы. Конечно, хотелось походить, а не просто покататься вдоль тающих сугробов. Поэтому Большие Альпы не подходили, там в это время ещё зима. Но ведь есть Доломиты, вырастающие из равнины достаточно полого, и, в зависимости от погоды, чуть выше или ниже, не на южном склоне, так на северном, но обязательно где-то там будет настоящая альпийская весна, а не только тот её хвостик, который нам удаётся летом поймать в высокогорье.
Дети категорически отказались от такого блиц-вояжа, в большие каникулы – с удовольствием, но на майские у них были «свои дела». Всё же полную дольчевиту мы им устроить не дали, вызвали для ненавязчивого пригляда дедушку. И отправились в Венето.
Естественно, перед нашим приездом в Швейцарию снег в долине Роны растаял. Но мы уже не удивлялись. Чтобы быть при гарантированном снеге за окном, надо было селиться на одном из курортов, где практикуется катание с ноября по май. Но при коротком световом дне и непредсказуемой погоде оттуда сложно выбираться для выездов по окрестностям. Тем более, что большей частью это - курорты без автомобильного транспорта. Поэтому выбрали место внизу - пригород Брига Ried-Brig, деревенскую местность у подножия уходящего в горы Симплонского шоссе. Хозяева шале жили на первом этаже, мы – на втором с видом на башни замка Штокальпер и пасущихся на лугу пони.
Карловы Вары (Karlsbad по-немецки) возникли в начале XIV века. В 1370 году король Богемии и по совместительству император "Священной Римской Империи германской нации" Карл IV присвоил поселению права королевского города. Уже в то время главным богатством Вар считались лечебные воды и город рос именно, как водный курорт.
Город в 40км от Карловых Вар и в 10км от немецкой границы. Через него проходят основные автомобильные и железные дороги между Баварией и Богемией.
Входит в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Главной достопримечательностью считаются разноцветные старинные домики, опоясывающие центральную площадь Хеба. Вокруг площади расположена небольшая сетка таких же древних, мощёных улочек.
Город Marienbad появился на южной окраине Славковского леса в самом начале XIX века, во времена Австрийской империи. Он намного моложе своего старшего брата, Карловых Вар, расположенных на северной стороне того же лесного массива. Заповедный, Славковский лес представляет собой огромный треугольник нетронутой природы между Варами, Лазнями и городком Kynsperk nad Ohrí (проще говоря - почти рядом с Хебом). Весь регион покрыт холмами-горками, заросшими хвойным лесом. Дорог очень мало, редкие деревни жмутся к трассам по краям треугольника. Между горок бегут сотни ручьёв и мелких речушек, раскинулось много болот и всевозможных подземных источников разной степени нагрева и солёности. Пыхтящая паром в Карловых Варах речка Тепла начинается именно в этих местах.
Как рассказать, что такое Камарг? Это розовое вино из винограда, растущего на солёном песке, фламинго-синхронисты, многодетные лебеди, по-поросячьи копающиеся в тине, фыркающие дикие лошади, запах болотной воды и крики птиц, не умолкающие ни днём, ни ночью. Тяжёлый полет цапли над головой, туман, поднимающийся из болот по вечерам, низкие белые домики под крышами из соломы, шелест тростника на ветру … А если хотите, то Камарг – это яркие праздники с испанским колоритом и даже бескровной корридой, весёлые сафари на джипах, цыганские мероприятия и много-много всего, связанного с символом Камарга – белыми лошадками камаргской породы, называемыми обычно камаргỳ.
Дальнейший замысел был следующим. Переброску в Прованс мы осуществляем опять вдоль Большой Альпийской дороги, но выбираем точки интереса, отличные от прошлогодних. Сначала, минуя Турин, едем по долине Сузы до Монженевра, где нас ждёт наша следующая цель – форт Шабертон. Четыре года назад мы лишь взглянули снизу на крепость, прозванную «облачным фортом» и парящую на высоте 3100 м, а теперь были вполне готовы туда подняться. Жильё я нашла в деревне Соз д`Улькс, как раз напротив Монт Шабертона.
Не прошло пары месяцев, как мы вернулись из Прованса прошлым летом, а я снова забронировала жильё «в лаванде».
«Что, опять?» - недоумённо уставились на меня мужские три четверти нашей семьи. Пришлось признаться, что есть весомый аргумент в пользу возвращения - я не видела лаванду на закате. Ну а без шуток, возвращение в Прованс абсолютно предсказуемо. Это не желание повторить, а желание продолжить. Прованс популярен потому, что, по статистике, 65% людей – «визуалы». Собственно информации оттуда привозится немного, если считать в гигабайтах на квадратный километр пересечённой местности. Зато зрение и обоняние испытывают настоящий стресс, а потом упрямо требуют повторения.
В этом году зима опоздала в Альпы. По крайней мере, в начале февраля её ещё не было. Не горнолыжного сезона – это всегда можно обеспечить с помощью современных технологий. Не было хорошего постоянного снежного покрова – снежной сказки прозрачных сосулек и голубых пещер-сугробов, присыпанных снежком рябиновых зарослей и петляющих средь заиндевелых елей следов неведомого зверья.
Прилетели мы во франкфуртский аэропорт с пересадкой в Хельсинки. Самый экономичный рейс на тот момент от Finnair. В полёте только не кормят. Что крайне болезненно при таком количестве часов в пути. Еду можно заказать, в спинке кресла лежит красивый буклетик с несколькими совершенно убогими блюдами, но цены даже после российских аэропортов какие-то неадекватные. В результате всё-равно пришлось брать. Перелёт выматывающе долгий.
Пересадка в Хельсинки за полтора часа - просто кошмар. Финны неторопливы, копаются в вещах, а в это время самолёт уже грозит улететь...
Первоначальной идеей было проехать через Эльзас к Мюлузу, а затем через город Белфорт спускаться от истоков Мозеля до места его впадения в Рейн. Но в реальности всё вышло по другому. Французские железные дороги развиты далеко не так хорошо, как немецкие, и вся южная часть Лотарингии удобных ЖД-сообщений почти не имеет. Поэтому мой маршрут Belfort-Nancy на самом деле выглядел, как Belfort-Mulhouse-Colmar-Strasbourg-Nancy. Проехав Эльзас с севера на юг, пришлось возвращаться обратно в Страсбург и лишь оттуда я попал на "Большую землю", во Францию. Это ещё одно подтверждение факта, что Эльзас не совсем Франция и даже ниточки дорог до сих пор притягивают его к фатерлянду.
Дома перед отъездом я мониторила прогноз погоды, в том числе и в Валле д`Аосте, и удивлялась тридцати градусам тепла в Курмайоре и двадцати в Червинии, где обычно выше 12-15 столбик термометра не поднимается. Это не очень радовало, так как означало, что ходить придётся по жаре. В реальности отсутствие дождей вызвало огорчительную «бесцветочность», а прошлогодние луга просто казались сном.
Продвинутые автомобильные путешественники специально планируют проехать по Большой Альпийской Дороге. Мы же даже не знали о её существовании, просто проложили маршрут по карте, руководствуясь собственными интуицией и опытом. Нет, вообще-то мы чувствовали, что нам под колёса ложатся не совсем обычные километры - до того красива эта дорога, которая, как фокусник из шляпы, извлекает из компактности серпантина всё новые и новые панорамы. Только в Боневале я увидела в магазине на крышке жестяной коробки с печеньем рельефный фрагмент карты с красным пунктиром маршрута, практически полностью совпадавшего с нашим.
Прощаемся с морем и, проскочив по магистрали Лазурный берег, поворачиваем на Ванс, чтобы перед тем, как взять курс на Кастеллан, заскочить ещё в пару горных деревушек Прованса. Следующие две ночи мы проведём в городке Греу-ле-Бен у плато Валансоль.
Взгляд пополз по карте на запад и остановился на противоположном краешке Италии, который в реальности уже почти и не Италия – на Вентимилье. Там-то мы и будем купаться – в местечке, не позиционирующемся как пляжное. Ну а если взглянуть ещё западнее, за Лазурный берег, то за ним начинается … - да-да, Прованс! Заколдованное для нас место, у нас дважды срывалась поездка туда. Может, удастся с третьего раза? В принципе, почти всё, что есть в Провансе, можно плодотворно обозревать в любое время года – и Вердонский каньон, и римские артефакты, и орлиные гнёзда городков, и Камарг с птицами и лошадьми – они ничего не теряют с уходом лета. Кроме лаванды. Вредное растение цветёт в строго обозначенный природой период. Так что хочешь лаванды – готовься к жаре. А я хотела, очень.
Вот мы и снова на далёких французских берегах с красивыми многообещающими названиями. Двадцать километров песчаных пляжей к западу от Гавра называются Кот-Флери, Берегом, который цветёт. Возможно, это из-за яблоневых садов, которые начинаются сразу, как вы отъезжаете от побережья вглубь материка. Приехав в городок Блонвиль-сюр-Мер вечером, мы успели сбегать к морю, которое дико ревело и штормило так, что пена клочьями летала над полосой прибоя. Ещё я успела в сумерках разглядеть, что повсюду высажены роскошные весенние клумбы с гиацинтами.
На подходящие даты были билеты только в Париж. Ну, значит - Париж! Десять лет назад мы с мужем отмечали там десятилетие нашего знакомства. Пора обновить впечатления. А дети как раз достигли того возраста, когда Париж воспринимается невербально, и можно обойтись без Диснейлэнда. Парижу мы отвели три дня, а на три других решили рискнуть и махнуть в Нормандию. Авось не будет уж очень плохой погоды, а на холод и дождь там можно нарваться и в июле. Нам повезло - погода была чудеснейшая, мы даже загорели! В общем, кто не рискует, тот не пьёт … сидра.
Как и остальные города Бельгии-Голландии, Брюгге целиком выстроен из красного кирпича. Оштукатуренные дома встречаются редко. В пасмурную погоду бесконечные бордовые улицы - мрачнейшее зрелище. В солнечную - ещё более-менее. Возможно поэтому жители города стали украшать свои дома разными каменными завитушками, башенками, флагами, цветами... В результате и появился "сказочный" Брюгге!
Альпы – прекрасны, всегда и везде. Там, где петляют тропинки, и там, где лишь копыта стамбекко касаются каменных осыпей, где буйствуют луговые травы, и где снег никогда не тает. Но если уж вы любите Альпы, хочешь - не хочешь, а в некоторых знаковых местах непременно тянет отметиться. Одно из них – Tre Cime di Lavaredo, символ региона Доломиты ди Сесто, да и всех Доломитовых Альп в целом.
Почему зимой? Чтобы были только мы – и они, Tre Cime. Летом в окрестностях слишком людно. И ещё хотелось попробовать, наконец, что такое настоящий зимний трекинг. Так что в этот раз у нас был совсем новый опыт и новые впечатления.
О нескольких из наших походов расскажу подробнее. Собственно, начала маршрутов в долине Айяс привязаны к четырём точкам – Брюссону, Шамполюку, Антаньо и деревеньке Сен-Жак, последнему населённому пункту в долине. Между Брюссоном и Шамполюком 6 километров, поэтому проще доехать в Брюссон на машине или на автобусе, он ходит регулярно.
Зачем мы вообще ездим в отпуск? На первый взгляд – кто за чем, все люди разные. Есть туризм гастрономический, событийный, религиозный, познавательный. Шопинг, в конце концов… Но дело даже не в том, чтобы просто увидеть (или съесть, или купить) что-то новое, потешив свои рецепторы. В глубине души каждому хочется, чтобы это новое стало частью его самого и хоть немного продвинуло вас по кривой жизни к той асимптоте, которая называется счастьем.
Как всё близко, когда прилетаешь в Женеву! Закинув вещи в отель, поехали в сторону Гранд Массива, а именно в местечко, называемое Sixt Fer a Cheval. Тамошняя долина является самой большой в Верхней Савойе охраняемой природной территорией. Это хайкинг, рафтинг, параглайдинг, горный велосипед и т. п. - летом, горные и обычные лыжи, собачьи упряжки и снегоступы зимой. Одноименная деревня входит в список «Plus Beau Village de France». Пообедали там в очень хорошем ресторанчике савойской кухни, случайно попав на единственное не забронированное место. Как ни странно, было не вкусно.
Греческий Тарент/Тарас. Город основан (или захвачен) в 700 г. до н.э. изгнанным из Спарты "вождём" Фалантом и его людьми. По легенде грека спас дельфин при кораблекрушении. Фалант решил поселиться в этом благословенном месте. Сейчас дельфин и спартанец изображены на гербе итальянского города.
Пераст по праву считается одним из наиболее изысканных и красивых городков на побережье Бока-Которского залива. Когда-то процветающий порт и надежный оплот морских пиратов, современный Пераст занимает узкую полосу у самой водяной кромки напротив пролива Вериге и двух крошечных островков — Святого Георгия и Госпа од Шкрпела — о которых складывают легенды.
Мой новогодний вояж в Амальфитану был очень кратким и поэтому за бортом остались многие интересные места такие, как острова Искья и Капри, города Равелло, Помпеи и другие. В тот же круг однодневной доступности можно включить Пестум с его древнегреческими храмами и ещё много всего. Столица здешних мест, Неаполь и его пригороды ничуть не уступают Риму по количеству и многообразию всевозможных достопримечательностей, да и просто невероятно притягательных мест. А по красоте природы Неаполитанское побережье превосходит тот же Рим на порядки. Сюда бы приехать на месяц, хотя бы...
Так получилось, что в середине сентября 2010-го года я на неделю попал в Римини. Купаться особо не хотелось. Тем более моржевать сутками на пляже. Поэтому пять из своих полных шести дней посвятил поездкам по ближайшим к Римини городам. Погода была хорошая, 20-30 тепла, лишь один раз пролился неслабый дождик.
Адриатическое побережье Балкан отличается невероятной изрезанностью берегов. Тысячи всевозможных островов и заливов создают уникальную картину тех мест. Но лишь один залив удостоился прозвища "самый южный фьорд Европы" - Бока Которский.
Бока-Котор (Bocche di Cattaro по-итальянски) - глубоководный морской залив причудливой формы, далеко врезающийся в побережье и окруженный стеной неприступных гор. Великолепная природная бухта издавна притягивала все империи на земле. Римская, Османская, Австрийская, Российская, Французская, Италия Муссолини... все они в своё время захватывали Боку-Котор.
Бывают города-мужчины, а бывают – женщины. Род зависит не от названия, а от того, как город прикасается к тебе ветерком на перекрёстках, как смотрит своим небом, как поворачивает тебя своими улицами, как пахнет… Болонья, Милан, Бари, Флоренция – это города-мужчины, Венеция, Генуя, Феррара, Рим – женщины. А Равенна – самый женственный из городов-женщин. Она напоминает изящную седую даму, которая, не снимая своих кружев, пережила все революции и войны и с лёгкой улыбкой смотрит в прошлое, оставаясь выше суетности дня текущего.
Два дня с ночёвкой в Венеции были пожеланием младшего сына. Три года он вспоминал город в лагуне и спрашивал, когда мы снова туда поедем. Мне хотелось провести ночь в Урбино, но две двухдневных вылазки по времени не проходили. Поэтому Урбино отложили на потом. Спросила ребёнка, куда бы он хотел пойти, и услышала «а давай просто ходить по улицам». Поскольку это единственно разумный способ смотреть Венецию, согласилась, но всё же решила немного уточнить нашу траекторию, полезла по своим источникам, и тут в памяти стали всплывать всякие венецианские термины и образы, и я поняла, что сама ужасно соскучилась по Венеции.
Флоренция и Болонья. Не вполне корректно сравнивать эти города, принадлежащие разным мирам Италии, но у нас знакомство с ними совпало по времени, по ожидаемости впечатлений, по готовности смотреть и чувствовать. Поэтому сравнение напрашивается само собой. Я сравниваю не объём художественных ценностей (этого везде достаточно), не красоту (это дело вкуса), а возможность проникнуться духом, атмосферой данного места.
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)
.jpg)