Моя первая вело-поездка в северном направлении: Кадниково-Черданцево-Токарево. Вообще-то думал доехать до Фомино на реке Исети, и если не сдохнуть, то двинуться дальше до Двуреченска, в место слияния Исети и Сысерти. Это 50 туда-сюда. В случае успеха практически полностью бы освоил проходимую на велике часть долины реки Сысерть
В то время, о котором я хочу рассказать, Европа не была еще такой запуганной многочисленными терактами на своей территории, а страны Скандинавии вообще считалась оазисом спокойствия, благополучия и, особенно, толерантности. Дания не один год возглавляла список стран мира по уровню жизни. Швеция считалась "страной победившего коммунизма" – прежде всего при этом имелось в виду отличная социальная поддержка населения. Норвегия, одна из богатейших стран мира, благодаря огромным запасам нефти на дне своих территориальных вод, могла себе позволить вести "независимую", отличную от общемировой, политику. Правда, в основном, на словах.
Странная зима была в этом году. А затем и весна с летом присоединились к этому флэшмобу (а мы-то наивно полагали, что у Природы во всех её проявлениях - от вирусных до циклонических и социальных есть нормы поведения). А это, оказывается, важно. В общем, если представить себя комаром на потолке, то зимой уже слышался отдалённый шум пылесоса. И, хотя это отразилось только на отказе от посещения соляной шахты в Хальштатте (публика там - одни китайцы, кто их знает... об эпидемии уже было объявлено), но маленький стикер беспокойства прочно прилип к воспоминаниям об этом путешествии. Жалко... потому что в незамёрзшей глади альпийского озера отражался прекрасный пейзаж, штрудель был великолепным и первые цветы в снегу стали щедрым подарком альпийской природы...
Пилатус - одна из самых сказочных гор Европы. Наверное, для большинства русских она известна по имени Римского прокуратора Понтия Пилата, которому довелось вляпаться в Историю лишь благодаря одному, почти незаметному эпизоду в его карьере.
С тех пор он обрёл бессмертие и отбывает наказание где-то на берегах небольшого озера на склоне горы, названной в его честь.
В душе нарастало беспокойство. Я подгоняла мужа и призывала меньше фотографировать и быстрее продвигаться к турбазе. Перспектива ночевать в горах под непрекращающимся дождём, в липком тумане, меня не прельщала, а идти было ещё по всей видимости далеко. Я предполагала, что нам нужно выйти из этой котловины, так как турбаза у высокогорного озера, судя по фотографиям, которые мы видели, лежала почти на ровной поверхности. Одна седловина сменялась другой, а конца этой котловины было не видно. Остановившися просто где-то на середине тропы, я решила всё же поесть Муж удивился: что, прямо здесь? Я говорю, а что? Разве тут где-то поблизости есть кафе? Где приспичило, там и поели. Мусор взяли с собой – нас предупредили, что в горах нельзя оставлять мусор, экологическая забота о грядущих поколениях.
Всё ковидное лето мы наивно надеялись на перемены к лучшему, переносили билеты в шенген и ждали. В сентябре наивность почила вместе с надеждой, и на печальном холмике взошёл псевдо-конструктивный вопрос - КУДА? Тем временем наши друзья и знакомые уже посетили Калининград и Карелию, Крым и Камчатку и в один голос спрашивали «а чего вы в наши горы не едете?» Ответом на этот вопрос у меня почему-то, как клоун из коробочки, выскакивало сакраментальное дворника Тихона «кому и кобыла невеста». На каждый возраст, привычки и сферу интересов есть «свои» горы. И они, увы, не взаимозаменяемы. Не готовы мы ходить по пятам за гидом и чистить зубы у ручья. При всей моей любви к живой природе становиться кормом для комаров и клещей я не имею ни малейшего желания.
Съездил на денек в
Берхтесгаден (Баварские Альпы) из
Зальцбурга. Автобусные экскурсии туда
обычно продаются за 40-50 евриков на 4 часа. Но
4 часа включая дорогу - это полный бред.
Поэтому пошел на вокзал и сел на обычный
местный рейс. Уехал рано утром, приехал с
последним автобусом и всё равно увидел от
силы половину красот этой земли. Туда нужно
ехать на 2-3 дня.
Мой путь конечно не был столь экстремальным
как в рассказе Эли (ссылка в тексте),
которая с Королевского Озера ещё и
штурмовала ближайшую гору. Но этот день в
Баварских Альпах был пожалуй одним из самых
запоминающихся.
Во Францию мы вломились через Эльзас - немецкую, по-существу, землю, отобранную французами у немцев после первой мировой войны. Живут там, естественно, немцы в домах и городках, устроенных по-немецки, правда, говорящие на двух языках. Здороваются и разговаривают между собой в ресторане на немецком, со мной - на французском. Наутро воскресная служба в храме шла на французском. Жена, кстати перед этим сильно нервничала - уже несколько часов после того, как мы отвернули от Мозеля, нам не встречалось указателей ни на отели, ни на кемпинги. Предлагалось даже повернуть ближе к Рейну, где вблизи реки, возможно, как ей казалось, всё это есть.
Планируя поездку 2001-го года, я уже знал о существовании винной дороги в восточной Франции. Было не вполне ясно, где она проходит, - я прочитал о ней в туристическом справочнике. Там было написано о существовании двух дорог - винной и пивной. Рассудив про себя, что немцы больше любят пиво и что поэтому пивная дорога должна проходить правее, ближе к Германии, я проложил наш маршрут по востоку Франции через Эльзас, потом в горы, в массив Юра, потом мимо Монблана в Италию, потом в Венецию, а потом по верхней кромке итальянского сапога до Бари, а там паромом на Корфу. Правда, чтобы добраться до Франции, надо ещё преодолеть Финляндию, Швецию, Данию и Германию, однако по опыту прошлого года я понимал, что это не проблема - проблема пробраться через совок до границы с Финляндией.
Вторая попытка достичь Двуреченска на велосипеде. На этот раз успешная. В сумме получилось около 55 км туда-обратно.
Вся поездка заняла около 9 часов с остановками и блужданиями.
Выехал в 5 утра. Дорога была почти пустая. До Двуреченска примерно 23 км пути.
Долина Вахау. Один из самых знаменитых участков Дуная: замки, виноградники, таинственные нибелунги, свирепые гунны, Аттила, возникновение Австрии. Сьездить сюда я хотел уже очень давно. Наконец-то выдалась такая возможность во время моего пребывания в Вене. В выбранный день, как назло пообещали дожди. И это был единственный дождливый день в июльской, жаркой Австрии! Но мне не терпелось. Утешал себя тем, что все равно большую часть пути придется ехать в поездах и на корабле. В любом случае это лучше чем проторчать целый день под дождем в гостинице и окрестных ресторанах.
(на самом деле дождь лил только ранним утром)
Ещё одна утренняя прогулка. На этот раз около 40 км и 6 часов пути. В основном по автодорогам, что не особо приятно.
Целью выбран крупный посёлок Верхняя Сысерть. Там находится красивый пруд и сплошной лес на 30 км до города Полевского. В Верх. Сысерти сосредоточены всевозможные базы отдыха, включая правительственные. Туда проложена отличная дорога, за которой внимательно следили все годы после развала Союза.
Вокруг Зальцбурга находится прекрасный край альпийских озер. Часть принадлежит Австрии, часть - Баварии. Я сьездил из Зальцбурга на два австрийских: Wolfgangsee и Hallstatter.
Вот и мы отметились на просторах автономной республики. Для меня закрытие Европы оказалось в том числе и потерей возможности увидеть дикое весеннее Цветение (в приемлемом формате). Или хотя бы полудикое, в культурном ландшафте. Где его теперь взять? А в Крыму всё время что-то цветёт. И море информации о том – что, где и когда именно, спасибо блогерам и организаторам фототуров. Муж поддерживает такие мои порывы, так как они означают активное перемещение по пересечённой местности. До майских откладывать не стали, ибо будет там не толпа, а толпища, да к тому же проснутся клещи.
Этот текст содержит впечатления от поездок в Прагу 2005-2007 года, когда я останавливался здесь на неделю. И воспоминания от 1-3 дневных остановок проездом в Карловы Вары или Германию в 2008-2012 годах.
Сейчас дополняю текст комментариями в 2016 году. За те 10 лет (а точнее двадцать, прошедших с первого визита 1997-ого), город значительно поменялся и многие первые впечатления уже не соответствуют действительности, но удалять их не хочется - ведь так было!
Летом 2020 года установилась тридцатиградусная жара. В выходные покатались на машине по селам вдоль Исети. Проверили новые места и дорожки. Порыбачили в каком-то неведомом пруду и поймали щуку. Ни о каких дальнейших исследованиях не было и речи: Всё! Домой! Хвастаться-гордиться, варить уху!
Но я обнаружил полевую дорогу, которая вела в следующую деревню, Бобровку. Деревня очень большая и я там никогда не был. После этого незавершенность нашего маршрута запала в голову. Начались попытки достичь Бобровки на велике.
Про Хорватию мы не знали ничего. Кроме того, что там красивое море и есть какие-то Плитвицкие озера. Ну и, конечно же - то, что там недавно была война. Зато на карте нашлись пять национальных парков, а за это уже можно было зацепиться. Расположена Хорватия неудобно – слишком вытянута на юг прибрежная полоса с Дубровником на конце, поэтому эту часть мы исключили из маршрута, хотя Дубровник – самый стóящий из культурно-исторических объектов на территории страны. С октября сезон заканчивается, и Аэрофлот летает только в Загреб, поэтому и траектория нашего отпуска началась и закончилась в этой маленькой балканской столице.
Истрия так долго была под разными ипостасями Италии, что стала своего рода «Италией в миниатюре». По крайней мере мы увидели там кое-что от Умбрии, Тосканы, Апулии, Эмилии-Романьи, Пьемонта…
В выходные дни жители промышленных городов Урала, измученные своими дымящимися металлургическими монстрами, в массовом количестве устремляются на природу: туда, где мягкая травка зеленеет, прозрачные ручейки журчат, незакопченное солнышко ярко блестит и ласковый ветерок обдувает. Мы же поехали отдохнуть и подышать свежим воздухом прямиком на… металлургический завод. Нет, вы не подумайте чего плохого, мы не мутанты с нетрадиционным обменом веществ. Просто есть в Челябинской области место, где старинный заводик гармонично угнездился среди природных красот, не портя и не заслоняя их. А название того места – Пороги.
Первое озеро лежит слева от входа – Большое городское. Оно самое пресное, с сильно цветущей водой. Поэтому, желающих искупаться в нём немного. Основная курортная жизнь кипит между парочкой следующих озер. Справа, в оправу крутых песчаных берегов заключёна главная соль-илецкая драгоценность - коричневатая гладь сверхсоленого озера Развал (в народе просто Соленка), а слева – голубеет Малое городское озеро (хотя по размерам оно превосходит Большое городское). Помимо цвета воды, явно видно и различие в поведение купальщиков в озерах. В Малом всё как обычно: из воды торчат головы людей, пловцы размашисто гребут кролем. А в Развале картина совсем другая: видны не только головы, но и целиком тела отдыхающих, лежащих на водной поверхности.
Вторая часть нашего путешествия была ориентирована на север, где вблизи грузинской границы находятся храмы, некогда бывшие православными, а точнее – халкидонитскими. В 12–13 веках, в период совместного отвоевания земель у сельджуков, между армянскими и грузинскими родами заключались союзы, браки, сделки, что, как водится, привело к некоторому взаимопроникновению культур. В Новое время, при окончательном установлении границ, некоторые монастыри оказались на территории приверженцев другой ветви христианства и были либо покинуты, либо стали использоваться как апостольские; такова жизнь. Но архитектура и оформление их остались иными. Да и природа северной Армении - совсем другая и что-то подсказывало, что там неплохо было бы погулять пешком.
Одной из наиболее ярких природных достопримечательностей Урала, безусловно, является Капова пещера в заповеднике «Шульган-Таш». Широко известна и описана в литературе она ещё в 18 веке, как одна из крупнейших пещер в России. А в 1959 году в Каповой обнаружили настенную живопись эпохи палеолита и она прославилась на весь мир. До этого открытия считалось, что художественным талантом обладали только западноевропейские кроманьонцы, щедро испятнавшие своим граффити недра французских и испанских пещер на радость потомкам.
Вообще-то мы собирались совсем в другое место, но, по теперешним временам, изменить планы всего лишь на отпуск – это мелочь. Пожалуй, одного посещения Айастана, как сами армяне называют своё государство, категорически недостаточно, чтобы ответить на вопрос какая она, Армения, или хотя бы понять - Запад она или Восток. Слишком много там всего интересного для ума, а не только для глаз. Армения оставила у меня полноценное ощущение заграницы, несмотря на почти повсеместный русский язык. Потому что там всё - ДРУГОЕ, корни этого каменистого мирка уходят совсем не в ту сторону, что корни привычных для посещения (или когда-то бывших привычными) стран.
Давно собирались побывать в Нижне-Синячихинском музее-заповеднике деревянного зодчества и народного искусства около Алапаевска. Решили не откладывать путешествие на следующий год и отправились в поездку в последние погожие деньки этой осени. Через Верхнеуральск и Уйское доехали до Миасса, зажатого между Ильменским хребтом и цепочкой озёр. Невыносимо долго ехали по этому городу, вытянутому узкой полосой с юга на север. Запомнилась нарядная церковь Св. Троицы (1887-89) в «псевдорусском стиле» около старого городского кладбища, где хоронили именитых купцов, богатых золотопромышленников и крупных заводчиков.
В роли базовой точки для поездок по северо-западу Швейцарии внезапно всплыл неизвестный мне ранее городок Муртен. Он находится в центре "озёрного треугольника", где и планировалось кататься. А поражали в Муртене фотки типичных бернских улиц с аркадами и башней с часами. Везде были развешаны яркие флаги, какие-то ленты, гербы и цветы на окнах. Один к одному Берн, только очень маленький!
Кто-то сказал, что на Муртене герцог Церингенcкий просто потренировался перед строительством столицы Швейцарии - города Берн.
Решили совершить однодневную поездку по близлежащим городкам и станицам вокруг Магнитогорска, полюбоваться на старинные храмы, разноцветные купеческие особняки и белоснежные казачьи крепости. Выехали из Магнитогорска строго на север, в течение дня поворачивали всё время направо и, совершив оборот на 180 градусов, поздно ночью вернулись с южной стороны домой.
Если вы запомните одно хорошо запоминающееся число – 333, то сразу станете знатоком истории городов Малой Азии. Потому что в 333 году Александр Македонский бульдозером проехал по её территории, сгребая все полисы и земли в состав своего государства. И далеко не все делали попытки сопротивляться, а кто делал – тому дороже вышло. Кроме Термессоса.
Игнатиевская пещера или Ямазы-Таш одна из крупнейших на Южном Урале. Названа она по имени отшельника Игнатия, жившего в пещере и захороненного в ней. По одной из легенд, это был император Александр 1, по другой - его брат великий князь Константин Павлович. Кто-то из них инсценировал свою смерть, чтобы провести остаток жизни в молитвах и уединении. Игнатий, кто бы он не был, годами не выходил из пещеры, питаясь подаяниями, которые приносили местные жители.
Какими они были, древние города? Что там были за двери, замкѝ, шторы? Ведь были же у них шторы? А коврики у двери? А вешалки для одежды? Ведь не жили же они на голых камнях, единственных дошедших до нас свидетелях яркой и тёплой реальности, бурлившей там, где сегодня гуляет лишь ветер? Их смех и журчанье их фонтанов, подхваченные эфиром, несутся сейчас сквозь мироздание к звёздам с именами героев и богов, которым поклонялись ходившие по этим улицам. Кинет шишку на камни белка, да включат призыв на ближайшем минарете – и больше никто не покушается на тишину, чтящую канувших в Лету…
